Рубрика: Мориц Юнна

Я валяюсь на траве — Сто фантазий в голове. Помечтай со мною вместе — Будет их не сто, а двести. Я поймаю кашалота, Если выдержит крючок, Ты поймаешь бегемота, Если выдержит сачок. Кашалота — в банку с крышкой И шагаем налегке, Бегемот зажат под мышкой — Хвост и уши — Читать дальше …

Я крикнула однажды недоучкам Сто лет назад, такого-то апреля Я крикнула по молодости лет, Что рабский ум, бесчуственный, бесстыжий, Чудовище развратной Конъюнктуры Врет — и не может Пушкина любить! Меня трясло. Арба катила дальше. Над марганцевым фаршем тухлой фальши Повис тяжелый, зверский, спертый вздох. Я лаяла на ветер: — Да, Читать дальше …

Когда бы не звезда, плывущая над нами, Не вихри фонаря в прохладе февраля, Едва ль моя душа могла бы временами Кормиться и кормить плодами словаря. Когда бы не звезда, плывущая как рыба, Не вихри фонаря в распахе снежных шкур, Едва ль моя душа смогла бы сделать выбор — Сломать стереотип Читать дальше …

Я не кланяюсь наглому хаму, Не спускаю обид подлецу, И с разбойником я не желаю Петь, свистеть, говорить по душам. У меня — не разбойное дело, И не подлая — почва моя, И судьба не на хамах воздвиглась, А на чести моей и любви. Ненавижу (на то моя воля!) Трюки Читать дальше …

Язык сновидений, мелодии сна Витают в искусстве — как море в ракушке. Художник — не шваль, если даже спьяна Мертвецки заснул на случайной подушке. Какая-то чистая область души Способна расцвесть, не пеняя на холод. Он спит — как дитя в деревенской глуши, Он — вечности сверстник, он — дьявольски молод! Читать дальше …

О соловей, нельзя — не обезличь, Не обескровь искусством сладкогласным Жаровню, где для нас румянят дичь Огнем и соком, замыслом и маслом. Мотив харчевни, где хрустит салат, И кость, и кисть ментола в листьях травки,- Не вздумай на хрестоматийный лад Вымарывать в период поздней правки! Душа и плоть искусства — Читать дальше …

Узел молний свивается туго, Раскаляется трубная медь, Чтобы ангельский голос оттуда Нас оплакать хотел и воспеть. Это наше священное право — Остро, вечно нуждаться в любви, Чтобы ангел светился и плавал Над тобой, как над всеми людьми. В лабиринты магической меди Дует огненно-черный трубач. Он подобен горящей комете, Извергающей пенье Читать дальше …

Я жива, жива, жива, Богом не забыта, Молодая голова Дрянью не забита. Нету в голосе моем Денежного звона — Лучше вольным соловьем, Чем орлом у трона. Нет, не лучше — только так: Соловьем, и вольным, Чтоб на детях этот знак В возрасте дошкольном Восходил звездой во лбу, Метил с малолетства. Читать дальше …

Снега выпадают и денно и нощно, Стремятся на землю, дома огибая. По городу бродят и денно и нощно Я, черная птица, и ты, голубая. Над Ригой шумят, шелестят снегопады, Утопли дороги, недвижны трамваи. Сидят на перилах чугунной ограды Я, черная птица, и ты, голубая. В тумане, как в бане из Читать дальше …

Снег фонтанами бьет на углу, Наметая сугробы крутые. В облаках, наметающих мглу, Бьют фонтаны лучей золотые. Тайный блеск и сверканье вокруг! Веет в воздухе свежим уловом. Если кто-нибудь явится вдруг, Мглистым я задержу его словом. Я такие снопы развяжу, На такой положу его клевер, Головою к такому чижу, К звездам, Читать дальше …

Я вышла. Подъезд в подворотне дышал Селедкой, махоркой и водкой. Мерцала аптека. Провизор держал Весы желтоватой щепоткой. Упершись локтями в решетку моста, Я эту столицу и лица Читала, как текст незнакомый — с листа, Все время боясь провалиться. Горело под вздохом и сохло во рту, Но снег под рукой оказался, Читать дальше …

С холма идет зима с серебряным копьем, Покрыта голова удмуртским шлемом лисьим. Мерцало льдистое желтеет над жильем, К земле склоняя снег, склоняя душу к мыслям. Не слышен из окна холодный звук саней, И тем чудесен их полет над одичаньем — Ведь только в небесах огонь среди огней С таким немыслимым Читать дальше …

И, слывя знатоком чего-то Возвышенного и загадочного, Он знал, что его работа — Производить впечатленье То ли професора музыки, То ли поэта упадочного, То ли сфинкса, на чьи вопросы Не ответив, умрет поколенье. Обожанье он брал, как взятку, За все — за седые кудри, За кашель, за остроумье Парадоксов, за Читать дальше …

Эта женщина вышла из пены морской, Наготу на свету заслонила рукой И в толпе затерялась людской. Потный пекарь дышал над мешками с мукой, Потный плотник сколачивал доску с доской, Два цирюльника в окна смотрели с тоской. Эта женщина вышла из пены морской И в толпе затерялась людской. Мухи жрали навоз Читать дальше …

В том городе мне было двадцать лет. Там снег лежал с краев, а грязь — в середке. Мы на отшибе жили. Жидкий свет Сочился в окна. Веял день короткий. И жил сверчок у нас в перегородке, И пел жучок всего один куплет О том, что в море невозможен след, А Читать дальше …

Двадцативосьмилетний Сервантес в сентябре 1575 года, возвращаясь на галере из Неаполя вместе со своим братом, был захвачен в плен пиратами и отвезен в рабство в Алжир, где он 5 лет пробыл в плену у турецкого правителя Алжира Гассан-паши. Он трижды пытался бежать из плена, не терял веры в свободу и Читать дальше …

Этот сад одинокий, он слышал о нас, Потому что он тянется к нам, И не он ли в дождливые окна сейчас Окликает нас по именам? Не хозяева мы, не владельцы его — Просто странники осени этой. Сад не просит от нас, как и мы от него, Ничего, кроме слова и Читать дальше …

Поддайся, окно, распахнись! Как звонкая пробка от бочки — За вьюгой, сквозь хлопья, сквозь жизнь, С упорством крыла-одиночки! Нельзя, чтоб цветущий сугроб Увял, лепестки отблестели,- Положим на пламенный лоб Холодную розу метели. Январские звезды остры — Как боль, причиненная в школе, А нам они — сестры, костры, А нам — Читать дальше …

Святослав не предавался неге,- Спал на жестком, в поле пировал. На него напали печенеги И в бою убили наповал. Печенежский князь любил искусство! Был коварный воин, зверолов. Вызывала в нем глухие чувства Форма человеческих голов. Сердце княжье исчервила слава, Был он дик, завистлив и ревнив. Приказал он череп Святослава Сделать Читать дальше …

Свет смысла нам разогревает щи И воду кипятит в тазу для стирки — Иначе, словно камень из пращи, Душа летит из огнестрельной дырки, И смертный, кристаллический мороз В словах и чувствах проступает зримо, И кто-то первый на пустой вопрос Вопит, что жизнь его невыносима! И здесь как раз — Нет, Читать дальше …

Сверкающим снегом, Цветущим оврагом, Ликующим светом, Волхвующим слогом Я вызвана к жизни, К пылающей бездне — Не кем-то, а страждущим Творческим богом. Не кем-то, а страждущим Творческим богом Я призвана буду За смертным порогом Ответить за все На судилище строгом. Не чванной ухмылкой, Не злобою пылкой Я буду судима неотвратимо, Читать дальше …

То ляжет на палубу вьюга, То визгнет за черным бортом Огромная белая кошка Резвится, играя хвостом. А жизнь на сияющих санках Врывается — руки вразброс, Справляет веселую свадьбу С буфетчицей милой матрос. — Таня, Таня, Глаз зеленый! За него не выходи. Он и горький, И соленый, И с наколкой на Читать дальше …

Русалки вышли петь на берега О том, как жутко с ними жизнь шутила. А в лунном свете—на ногу нога!— Кутил Сатир, проказник и задира, И гладиолусов трубящие рога Цвели всю ночь на голове Сатира! Пил натощак рогатый весельчак Свое вино, силен был в чертовщинах! Кривой и острый разумом тесак Ему Читать дальше …

С какого-то грозного мига, С какого-то слезного кома Влечет меня звездная книга, Как странника — письма из дома. И, множество жизней прожив на земле, Читаю не то, что лежит на столе, А то, что за облаком скрыто И в странствиях крепко забыто. ❅ Юнна Мориц. Стихотворения ❅ Click here

И я была как остальные, Пуды носила я стальные — Кольчуги, латы, шеломы — Железо с прорезью для глаз (Смотри научные альбомы, Историю за пятый класс). Внимая вражеском крику, Я подымала эту пику И этот меч над головою — Внимая вражескому вою. И только юноше понять, Как это можно все Читать дальше …