вы взлелеяли детство мое;
вы носили меня на своих одичалых
хребтах,
облаками меня одевали,
вы к небу меня приучили,
и я с той поры все мечтаю об вас да о
небе.
Престолы природы, с которых как дым
улетают громовые тучи,
кто раз лишь на ваших вершинах творцу
помолился,
тот жизнь презирает,
хотя в то мгновенье гордился он ею!..
–-
Часто во время зари я глядел на снега и
далекие льдины утесов;
они так сияли в лучах восходящего
солнца,
и в розовый блеск одеваясь, они,
между тем как внизу все темно,
возвещали прохожему утро.
И розовый цвет их подобился цвету
стыда:
как будто девицы,
когда вдруг увидят мужчину купаясь,
в таком уж смущеньи,
что белой одежды накинуть на грудь не
успеют.
Как я любил твои бури, Кавказ!
те пустынные громкие бури,
которым пещеры как стражи ночей
отвечают!…
На гладком холме одинокое дерево,
ветром, дождями нагнутое,
иль виноградник, шумящий в ущелье,
и путь неизвестный над пропастью,
где, покрываяся пеной,
бежит безымянная речка,
и выстрел нежданный,
и страх после выстрела:
враг ли коварный иль просто охотник…
все, все в этом крае прекрасно.
–-
Воздух там чист, как молитва ребенка;
И люди как вольные птицы живут
беззаботно;
Война их стихия; и в смуглых чертах их
душа говорит.
В дымной сакле, землей иль сухим
тростником
Покровенной, таятся их жены и девы и
чистят оружье,
И шьют серебром — в тишине увядая
Душою — желающей, южной, с цепями
судьбы незнакомой.
Click here
