✯✯✯✯✯
Боишься ты, что я, пиита,
Стихом задену чувства чьи-то,
Поссорюсь с коррупционером,
Причастным к нашим высшим сферам?
Но я не дурень, зря хлопочешь.
(А, впрочем, думай всё, что хочешь!)
Известно ль мне, что всяк священник
Ползёт в епископы, мошенник?
Не думал. Знаю, славы ради,
Поэт всех вышних лижет сзади
И лишь приятное для слуха
Патрону вкладывает в ухо.
Но я не подхалим убогий,
И я иду другой дорогой,
И лучше сразу кончу спевку,
Чем превращу я Музу в девку!
Льстить иль хулить – нет хуже вздора,
Я в суд хочу доставить вора!
Доставив, сделаюсь вражиной
Других, что двинут всей дружиной.
И что? Во взятках – их гордыня,
Мне в Добродетели – твердыня!
Я не желаю зла имущим,
Но только шибко загребущим
Укоротил бы руки-грабли,
Чтоб те, проклятые, ослабли,
Что для политиков, мой друже
(Для большинства!), нет казни хуже.
Казна их оскудеет, знаю,
Исчезнет важность показная.
А как политик прохиндея
Наймёт, казною оскудея?
Но перестройка государства
Сулит нам жуткие мытарства:
Мы государство возвеличим,
Но роскошь барства ограничим.
Король достойнейших приблизит,
Но штат свой нынешний унизит,
И не конфеты сикофанты
Уже лизать начнут, а фанты,
Начнут шпионы чахнуть, воя,
Доносов станет меньше вдвое.
Отменим пенсии – и что же?
Чем Жадность заблистает? Боже!
Но пусть министров блеск потухнет,
Ведь государство-то – не рухнет!
Желаю благ своей стране я
(Всё остальное – ахинея!)
Желаю, чтобы непритворно
Того ж хотел любой придворный
И, пояс затянув надолго,
Избавил нацию от долга.
Я в жизни личной и публичной
Хочу законности обычной,
Министру протяну я руку,
Коль незаконно принял муку!
Я, как могу, язвлю пороки,
И что мне, друг, вельмож упрёки?
Царят повсюду ложь и взятка.
Смолчу ль, когда на сердце гадко?
Какой закон меня осудит?
Какой запрет молчать принудит?
Я не бросаю слов облыжных,
Я не мараю грязью ближних.
Не ближним я грожу, но в целом
Порок держу я под прицелом,
И, коль гнусить заставил гнус я,
То не заткнусь и не согнусь я.
Кто честен, не боится взоров
Инспекторов и ревизоров,
Тот света солнца не боится,
Тот не спешит в тени укрыться.
Здесь, ты считаешь, друг, отчасти
Намёк содержится на власти?
Да, есть: будь хоть архиполитик,
Не смеешь врать и быть вне критик!
И если врать начнёт в реванше
Министр, что хочет жить, как раньше,
Поймёт мой будущий читатель:
Поживы ищет лорд-предатель!
Жил Муравей, болтун развязный,
Пустой, поверхностный и праздный,
Специалист по всем вопросам,
В какие лез нахальным носом.
Он в знаньях был своих уверен
И в том, что их запас безмерен,
И честолюбцем был до страсти,
И до вершин добрался власти:
К зерну приставлен был молодчик
(Хранитель главный и учётчик!)
Был пост с ответственностью связан:
Проворовался – будь наказан.
В борьбе с возможным преступленьем
Расходам всем и поступленьям
Отчёт давался ежегодный,
Публичный, гласный, принародный.
И аудиторов ватага,
Блюдя общественное благо,
Явилась дружно на собранье
В день, что назначен был заране:
Мол, разъясни свой дебит-кредит,
Чего, куда и сколько едет.
И он, формальности лишь ради,
Им подал драные тетради.
Но Муравей, прямой, и честный,
И справедливостью известный,
Промолвил: – Тают накопленья.
Куда уходят поступленья?
Представьте нам статьи расхода
В теченье нынешнего года.
И Муравей, который ныне
Хранил зерно, сказал в гордыне:
– Коль разболтаем все секреты,
То лучших планов песни спеты!
Себе самим подстроим гадость
Врагам отечества на радость!
И ныне я забочусь крайне,
Чтоб все статьи остались в тайне.
Одно скажу: все траты вместе –
На оборону, – слово чести!
В детали дале не вникали.
Все дружно «за» голосовали.
Проходит год. И вновь – убыток.
И вновь хранитель молвит, прыток:
– Вношу, милорды, в дело ясность:
От индюков пришла опасность!
Хозяйки их разводят тыщи,
А муравьи идут им в пищу.
Походы вражьи – на заметку,
Расходы наши – на разведку.
Секреты вывернуть наружу –
Себе ж, милорды, сделать хуже.
Я повторюсь: все траты вместе –
На оборону, – слово чести!
И снова лихо не будили,
Расходы тихо утвердили.
И год прошёл. Расход несметный
Опять пошёл на фонд секретный,
И вновь, как с самого начала,
Там «слово чести» прозвучало.
Чиновник честный возмутился
И к другу резко обратился:
– Мы кто? Болваны мы – не судьи,
Мы зла и подлости орудья.
Мы сами – часть того разврата,
Где средства канут без возврата.
Он наше зёрнышко обратно
Вернёт себе тысячекратно,
Где для его шпионов даже
И сотни мало будет с кражи.
Себя обманываем сами
И свой народ, что вместе с нами.
Добытое трудом всеобщим
Пересчитаем, – что мы ропщем?
И дале – вдумчиво, серьёзно
Пересчитали скрупулёзно.
И со свободой, и с наживой
Расстался лорд-хранитель лживый!
✯✯✯✯✯
Джон Гей Стихотворения. Басни
Сайт Мировой Поэзии и Прозы
Декламации Павла Беседина
